Идеальная чайка

18 апреля. Как важно быть несерьезным

Конкурсная программа "Золотой маски" завершилась двумя спектаклями из Новосибирска: "Kill" Тимофея Кулябина (театр "Красный факел") и "Крейцерова соната" Алексея Крикливого (театр "Глобус"). Несмотря на то, что в данном конкурсе они соревновались друг с другом, я сравнивала их не между собой, а с постановками тех же самых пьес в столичных театрах - "Коварство и любовь" Льва Додина, который стал лучшим драматическим спектаклем в прошлом году, и "Крейцерова соната" в московском МХТ.

На спектакль "Kill" московская публика ломилась, как на распродажу в ЦУМе. Все надеялись увидеть второй "Тангейзер". Не с художественной точки зрения, конечно (потому что первый никто не видел), а с политической. Ведь намного приятнее демонстрировать протестные настроения, сидя в теплом зале театра, чем на промозглой Болотной площади.

Второго "Тангейзера" не было. Вместо фрейдистского постера тема религии визуализировалась режиссером в виде крупной проекции лица человека, похожего на Христа. У человека были красные слезящиеся глаза, и я весь спектакль думала только о том, что сделали с артистом, исполнявшим эту роль: закапали в глаза лимонный сок или заставили его резать лук. Также я думала о той красной жидкости, которая вытекала из-под тернового венца и попадала в глаза: была ли это краска, и не вредно ли это для здоровья. Отвлекала меня от этих мыслей только немецкая овчарка, которая иногда бегала по сцене и символизировала коварство президента, пытающегося разрушить любовь своего сына Фердинанда. Президент все время смотрел на большом экране видеозапись современных балетов Иржи Килиана и Уильяма Форсайта. Что это символизировало, мы не поняли.

Самым большим разочарованием стали актеры, исполнявшие роли Фердинанда, Луизы и леди Мильфорд. 

Фердинанд был одет и вел себя как айтишник, работающий на дому. Он бегал по сцене в майке-алкоголичке с большой мятой сумкой, в которой айтишники обычно носят запасную "клаву" и провода для принтеров. Луиза была милая, но совершенно непривлекательная. Айтишниками такие нравятся, а сыновьям президента - вряд ли. Леди Мильфорд выглядела как работающая женщина за сорок, которая давно не колола ботокс. 

Особенно жалко это компания выглядела на фоне Данилы Козловского, Лизы Боярской и блистательной Ксении Раппопорт, которые играли тех же персонажей у Додина. Его спектакль был как бутылка хорошего шампанского, от которой невозможно оторваться. Несмотря на драматизм пьесы, в некоторых сценах зрители смеялись до слез, включая жену премьер-министра, которая также была в зале. А постановка "Kill" была такой серьезной и назидательной, что становилось скучно.

На "Крейцерову сонату" незнакомого мне театра "Глобус" я шла без особых ожиданий, и, как это обычно бывает, спектакль оказался гениальным. 

Действие было традиционно перенесено в наше время и происходило в вагоне-ресторане поезда, но актеры играли так интеллигентно и тонко, что это уже не имело значения. Заслуженный артист России Лаврентий Сорокин, который играл Позднышева, стал для всех открытием. Не побоюсь этого сравнения, но он напомнил мне Смоктуновского своим редким амплуа печального шута. Несмотря на депрессивное содержание повести Толстого, ему удалось повеселить зал, и это сделало новосибирскую версию "Сонаты" намного более талантливой, чем мрачный и серьезный спектакль МХТ.

Неужели теперь придется ехать в Новосибирск, чтобы увидеть прекрасного Сорокина в других спектаклях?